Уильям Йейтс - Единственная ревность Эмер

Коснувшись нелюдимого крыла, Припомнила ль она себя другой - Не той, чью душу ненависть сожгла, Когда, химерою воспламенясь, Слепая, во главе толпы слепой, Она упала, захлебнувшись, в грязь? А я ее запомнил в дымке дня - Там, где Бен-Балбен тень свою простер, - Навстречу ветру гнавшую коня: Как делался пейзаж и дик, и юн! Она казалась птицей среди гор, Свободной чайкой с океанских дюн. Свободной и рожденной для того, Чтоб, из гнезда ступив на край скалы, Почувствовать впервые торжество Огромной жизни в натиске ветров - И услыхать из океанской мглы Родных глубин неутоленный зов. Все шире — круг за кругом — ходит сокол, Не слыша, как его сокольник кличет; Все рушится, основа расшаталась, Кровавый ширится прилив и топит Стыдливости священные обряды; У добрых сила правоты иссякла, А злые будто бы остервенились. Должно быть, вновь готово откровенье И близится Пришествие Второе. Вновь тьма нисходит; но теперь я знаю, Каким кошмарным скрипом колыбели И что за чудище, дождавшись часа, Ползет, чтоб вновь родиться в Вифлееме.

Стихи. (В переводах разных авторов)

Но в отличие от двух названных поэтов он демонстративно придерживался анти-авангардной позиции в искусстве. Йейтс никогда не старался бежать впереди прогресса — наоборот, он считал делом чести хладнокровно игнорировать его, идти не в ногу, стоять на своем, искать будущее в прошедшем. За это его называли чудаком, не раз пытались особенно в тридцатые годы"сбросить с парохода современности". В эпоху радио, аэропланов и профсоюзов он увлекался сказками, сагами о богах и героях, основывал какие-то загадочные эзотерические общества, искал истину в Каббале, в картах Таро, в индийской философии, сочинял философско-мистический трактат о вечном круговороте души и истории.

Можно сказать, что в эпоху наступившего материализма Йейтс представлял собой передовой, далеко выдвинутый вперед аванпост самого упрямого и закоренелого идеализма.

Единственная ревность Эмер читать онлайн. Кухулин Эмер (fb2). Уильям Батлер Йейтс (перевод: Григорий Михайлович Кружков).

Но дух, который может вернуть его к жизни, ставит условие, что Кухулин оживёт, только если Эмер откажется от надежд на то, что он снова полюбит её. Вернуть его к жизни пытаются его законная жена Эмер и возлюбленная Этна Ингуба. И Эмер приходится согласиться, ведь это единственный способ спасти любимого. Та, терпевшая неверность всю их совместную жизнь, вдруг чувствует ревность. Именно в тот момент, когда надо отказаться от надежды на возвращение к былому счастью, которая поддерживала её всё это время.

Кухулин, один из главных мифологических героев ирландского эпоса, оказывается мёртвым.

Но тщетно он Сокрытых истин ищет в пыльных книгах, Слепец! Ты знаешь все, так почему бы Тебе не постучаться в эту дверь И походя не обронить намека? Он обо мне писал в экстравагантном Эссе — и закруглил рассказ на том, Что, дескать, умер я. Спой мне о тайнах лунных перемен: Правдивые слова звучат, как песня.

Однако, если углубиться в трактовку образа розы у Йейтса и Иванова, сразу обнаружится различие. .. (Стихи из пьесы"Последняя ревность Эмер").

Желая, чтобы у Кухулина появился наследник, и чтобы он перестал ухаживать за их жёнами, улады долго пытались найти Кухулину жену, но безрезультатно. Кухулин сам решил посвататься к Эмер, дочери Форгалла Манаха. Прибыв к Эмер, Кухулин беседует с ней загадками, желая показать свою образованность и хорошее воспитание: Эмер согласилась выйти замуж за Кухулина.

Отец Эмер потребовал, чтобы Кухулин отправился за море учиться боевым искусствам, надеясь, что он не вернётся. Кухулин выучился у женщины-воина Скатах и вернулся на родину. Форгалл отказался пустить Кухулина в крепость, и тот целый год провёл у ворот. Затем он перепрыгнул через стену, убил многих воинов уцелели лишь три брата Эмер - Скибур, Ибур и Кат и похитил девушку и сокровища Форгалла; сам Форгалл погиб, спасаясь от Кухулина.

Единственная ревность Эмер

Ведьмы, колдуны и ирландский фольклор Когда всю Европу охватила страсть к сверхъестественному, Ирландия не осталась в стороне от этого повального увлечения. В своей незавершенной автобиографии доктор Адам Кларк вспоминает, что, когда он учился в школе в Антриме а было это в конце века , школьный товарищ рассказал ему про книгу Корнелия Агриппы о магии и про то, что ее непременно нужно держать в цепях — иначе она поднимется в воздух и улетит.

А вскоре он прознал об одном крестьянине, у которого имелась эта книга, позднее же подружился с бродячим лудильщиком, у которого она тоже была. Как-то раз мы с леди Грегори рассказывали деревенскому старику о видениях одного нашего друга. Ирландские видения и оккультные теории значительно отличаются от английских и французских, ибо в Ирландии, как и в Северной Шотландии, до сих пор живучи древние кельтские мифы; впрочем, сходства куда больше, нежели различий.

Песня из пьесы Последняя ревность Эмер Женская красота - словно белая птица, Хрупкая птица морская, которой грустится На.

Альфред Теннисон - Волшебница Шалотт и другие стихотворения В начале х годов слава Теннисона пересекла Атлантику. Эдгар По писал о нем, по крайней мере, трижды. В статье"Поэтический принцип" он называет Теннисона"благороднейшим поэтом из всех когда-либо существовавших". В отличие от"апостолов", По хвалит его не за моральные уроки, а за тончайшую музыкальность и дразнящую неопределенность поэтической мысли.

Развейте эту таинственную атмосферу - и вы уничтожите дуновение волшебного. Поэзия станет насквозь понятной мыслью,"она, может быть, не потеряет способности вызывать симпатии читателя, но утратит то, что делает стихи стихами" [9]. В заметке о Шелли года Эдгар По делает попытку анализа поэзии Теннисона в ее развитии. Он находит, что его ранняя манера соединяла в себе все нелепые крайности эпигонской поэзии того времени, однако считает, что поэт сумел отбросить эту ошибочную манеру, предварительно отсеяв из ее лучших элементов новый,"чистейший из всех существующих" поэтический стиль.

Но этот процесс, предупреждает По, еще не закончен, требуется сплав редчайших умственных и нравственных качеств, в соединении с мастерством и волей, чтобы мир увидел, может быть,"самую лучшую поэму, которая возможна" [10]. Интересно, что бы сказал Эдгар По умерший в том же году , прочитав"Королевские идиллии"? И уж совсем трудно представить, как отреагировал бы американский поэт на поэму Теннисона"Мод". Это рассказ от первого лица, разбитый на короткие монологи, о любви молодого человека, чей отец разорился и погиб, к дочери богача, по-видимому сыгравшего главную роль в этих несчастьях.

Девушке прочат в женихи сынка богатых родителей, но она неожиданно отвечает на любовь бедного и странного полубезумного!

Читать онлайн"Единственная ревность Эмер" автора Йейтс Уильям Батлер - - Страница 1

Обратите внимание, спектакль состоится в новом зале на Коломенской. Найти его можно так: Далее 5 минут пешком. Продолжать движение в том же направлении. Салон красоты остаётся слева от вас.

По этой причине поэзия молодого Йейтса мало трогала меня, .. Так же и Кухулин в «Hawk"s Well» («У родника ястреба»), Кухулин, Эмер и Этна в пьесе «The Only Jealousy of Emer» («Единственная ревность Эмера»): миф Йейтс принадлежал к последней категории: он был одним из тех.

Маясь в крови и в поту, — Чтобы такую Миру явить красоту? Но в отличие от двух названных поэтов он демонстративно придерживался анти-авангардной позиции в искусстве. Йейтс никогда не старался бежать впереди прогресса — наоборот, он считал делом чести хладнокровно игнорировать его, идти не в ногу, стоять на своем, искать будущее в прошедшем. В эпоху радио, аэропланов и профсоюзов он увлекался сказками, сагами о богах и героях, основывал какие-то загадочные эзотерические общества, искал истину в Каббале, в картах Таро, в индийской философии, сочинял философско-мистический трактат о вечном круговороте души и истории.

Можно сказать, что в эпоху наступившего материализма Йейтс представлял собой передовой, далеко выдвинутый вперед аванпост самого упрямого и закоренелого идеализма. Где-то рядом партизанили Честертон и Киплинг, Толкиен и К?. Но если Киплинг, занявший конформистскую позицию по отношению к современности, обнаруживал романтику, скажем, в паровозах и машинах, то Йейтс не отдал бы за них ни лепестка своей увядшей розы, ни камешка старой башни. Как заболевший кот обшаривает всю округу в поисках особой травки — единственной, которая может его исцелить, — так Йейтс искал противоядие от низкого практицизма века где только мог — в фольклоре и античной философии, в оккультизме и теософии.

При всем при том он был ирландец — наследник древней кельтской традиции в литературе, духовный потомок друидов и бардов. Родина Йейтса — портовый город Слайго, на западе Ирландии.

«Единственная ревность Эмер» — Уильям Батлер Йейтс

Агония огня не опалит рукав. Мчат духи, кровь дельфинью оседлав, - Из царских кузниц льется этот сплав, Куются духи в кузницах златых! А мрамор плит, танцуя, губит их, Всю ярость, горечь сложности разбив, - Те образы, что творят Дельфинья боль — гонг — мук морских разлив… Плавание в Византию Нет, это — не страна для старика: Влюбленным — обниматься, птицам — петь, Хоть все они умрут, наверняка.

Скачать Уильям Йейтс - Смерть Кухулина бесплатно fb2, epub, doc, pdf или читать книгу онлайн. Смерть Кухулина. Персонажи пьесы. Кухулин. Этна Ингуба. Эмер. Айфа. Морриган, богиня Это последняя в цикле пьес, посвященных его жизни и смерти. . Уильям Йейтс - Единственная ревность Эмер.

Из опыта переводов У. Йейтса - сквозь огонь иди со мной Йейтс верил в метемпсихоз - древнюю пифагорейскую теорию переселения душ. Душа Мод Гонн, по его убеждению, прошла через много земных воплощений может быть, она когда-то принадлежала Елене Троянской ; свою красоту и страдальческий свет она скопила в этих своих перерождениях. Женская красота - словно белая птица, Хрупкая птица морская, которой грустится На незнакомой меже среди черных борозд: Шторм, бушевавший всю ночь, ее утром занес К этой меже, от океана далекой, Вот и стоит она там, и грустит одиноко Меж незасеянных жирных и черных борозд.

Сколько столетий в работе.

To the Slaughter